Дмитрий Дикусар: «На паркет можно и на одной ноге приползти…»

Дело в том, что Ира работает на другом канале, и она снимается в другой передаче. И она поёт, у неё есть свои тренировки, есть помимо этого очень много своей работы. И естественно суббота – это один из таких корпоративных дней, когда артисты работают. И если б шоу у нас шло в прямом эфире немножко в другой день - будний, то было бы больше вероятности, что Ира пришла. Но так как это субботний вечер практически всегда. Вот сегодня Ира тоже где-то на каком-то корпоративе.

Вы обсуждаете ли дома какие-то моменты шоу, интересуется ли она вашей работой? Есть у неё какая-то любимая пара?

Мы всегда после работы - после её или после моей - обсуждаем наши проекты. Я рассказываю Ире мои нюансы, она мне - свои, делится своими переживаниями по поводу шоу. Конечно, у неё есть любимцы. Но, слава Богу, все они из моей команды.

Не назовёте - кого конкретно?

Я не могу назвать конкретно любимца, но есть персонажи, которые очень позитивные и очень дружелюбные. И она не выделяет кого-то конкретно.

Но она знает, что происходит на шоу, смотрит в повторах?

Да конечно смотрит в повторах, и вот сейчас, может, в гримёрке смотрит телевизор. Она как раз написала мне смс, что мол хорошо выступила твоя пара. Я получил очень интересную смс-ку, снйчас даже зачитаю её: «Вам победы! Голосует млад и стар - побеждает Дигусар». Лёгкое такое сообщение, которое очень поднимает настроение.

Это от Иры?

Да это от Иры.

Так, с первых программ, пара Безсонова и Саши были явные лидеры, что вы скажете по этому поводу?

Они - однозначно лидеры, с той точки зрения, что они масимально стабильная пара. Очень хорошо совпало: они оба – профессионалы. Слава Богу, Анна Бессонова - не флейтист, не шахматистка, она танцовщица из немножко другого жанра, но ей близко понятие «хореография», и очень большой потенциал. В этой паре очень много сошлось, и с ней очень приятно работать и они на очень многое способны. Мы работаем командой и в ней каждый равноправен и каждый прислушивается к другому. Мы прислушиваемся к мнению Ани, к её предпочтениям, она – к нашим.

Аня их всё-таки высказывает, свои предпочтения? Иногда складывается впечатление, что она принимает ваше первенство в танцах, и не спорит.

Конечно же у Ани есть свои взгляды на какие-то вещи, поэтому мы их выслушиваем, мы их учитываем. Она говорит, надо сказать редко, но метко. Когда мы хотели, чтобы она была «пружинкой», а ей не понравился этот образ - мы согласились, что она может не быть пружиной, а она может быть торшером. То есть никто никого не заставляет.

Не было ли у кого из вашей команды звёздной болезни?

Нет. Вы знаете, когда так много работы, как у нас, то не остается просто времени на такие глупые мысли. Тем более, что это - абсурдные мысли. Тем более, что каждый человек в этом коллективе проходил какие-то свои звёздные болезни в спорте, в музыке или на другом поприще до этого. У каждого свои амбиции. У каждого это было, всё знают, что такое звёздная болезнь. И как жизнь даёт за это по носу.

Были травмы на этом прокте?

Травмы, к сожалению, очень часто. У Фагота сейчас спина, он не смог сделать практически ни одной поддержки, так как спина больная. Ему делали укол, чтобы боль не так чувствовалась. Он не мог поднимать Женю ни в первом танце, ни во втором. То есть свои травмы, конечно, и после танцев бывают царапины и ссадины и потери сознания.

А у Саши Лещенко был травмирован глаз, да?

Да, было. То есть травмы, случаются, и, к сожалении, это неотъемлемая часть любого шоу. Тем более – танцевального.

Но обычный человек, если что-то происходит, он начинает – уходить на больничный, скажем…

Это не касается танцоров. Танцоры всегда знают, что можно и на одной ноге, ползком, но выходить, отрабатывать, так как конкуренция есть конкуренция. И если ты слабый, то ты - слабый. Поэтому, каждый прошел это в своем прошлом - в спорте или еще где-то, и каждый знает, что надо выходить и работать на все 100 процентов, на которые ты способен в данную секунду времени. Артисты вообще не знают, что такое заболеть, то есть, все выходят и все работают и все выкладываются на все 100 процентов.

Ваших рук дело и Ваша ли заслуга в том, что Никитин стал украинским секс-символом?

Нет, я думаю, что это заслуга его и его родителей, так как они родили такого здорового красивого мужика. Ну, я не знаю, мне не нравятся все эти фразы о секс символах... Он - настоящий мужчина. Это то, чего нам, в принципе, не хватает в последнее время – это настоящих мужчин, с которым женщина может чувствовать себя уверенно. И я рад, что у Катюхи (Катерина Тришина) именно такой сильный партнер. Потому что она чувствует, что у нее есть такое жесткое плечо, и она смело на него ложится, становится и, причем, как видите, становится очень уверенно и очень высоко.

Но почти все постановки этой пары – очень страстные, жаркие…

Самые основные темы в театре – это любовь и смерть. Но мы не можем играть смерть, потому что у нас гораздо более позитивная, к счастью, передача. Поэтому мы играем любовь. Это самое такое чувство, которое задевает людей до глубины души, и поэтому мы специально используем такие темы. О чем – о чем, а о любви люди всегда готовы слушать, всегда готовы смотреть, и всегда готовы сопереживать.

У Вас не бывало такого чувства, когда вы первый раз увидели Никитина - что он такой высокий, и с этим надо что-то делать?

Вы знаете, я очень много лет работаю, как педагог, я с 15 лет работаю как педагог, и я видел разных танцоров на своем жизненном пути, с абсолютно разным телосложением. Я знаю только одно, что даже у самого казалось бы человека, который вообще не может танцевать, есть какой-то свой маленький плюс, который надо просто найти и использовать. Поэтому нет плохих танцоров, есть невнимательные, скажем так, педагоги.

Ну, вообще Никитин – поддающийся?

Конечно, он поддается. Он поддается только по той причине, что он очень сильно хочет. А в любом деле, особенно в танцах, так как я именно это и практикую… Я знаю одно, что у тебя может быть мало таланта, у тебя могут быть не очень хорошие данные, но если у тебя нет желания, и есть все остальное – то, что я сейчас перечислил, то не имеет никакой цены, никакого смысла. То есть, надо иметь упрямство, надо иметь очень высокую мотивацию, чтобы вообще что-то сделать. А, имея эту мотивацию – не важно, какие данные у тебя есть.

А что как Вы думаете, сложнее ему далось?

Я думаю, что ему очень сложно будет ча-ча-ча, так как он очень высокий, а ча-ча-ча – это танец такой – более маневренный, очень быстрый, очень ритмичный, и поэтому, конечно, людям с маленьким ростом гораздо проще станцевать ча-ча-ча. Быстрее управлять своими конечностями, так как Вы знаете - рычаг это есть рычаг по физике, и когда длинные конечности, сложно ими управлять. Но как он станцевал ча-ча-ча, когда танцевал номер с дверями! Он перетанцевал даже больше, чем мы ставили, потому что там были моменты, когда он должен был постоять и снова танцевать, а он «шарашил» без остановки, причем с такой скоростью, что мне показалось, что это - спецэффект.

Вы говорили, что Вы с Катей Тришиной тоже когда-то пытались танцевать в паре, да?

Да. Катюха – отличная партнерша, и она доказала уже неоднократно, что она - мастер высокого уровня. Я помню «Танцы со звездами», она заставила танцевать даже такого человека, как Кошевой, который тоже очень высокий, и казалось бы, не очень удобно ему танцевать. Она очень упрямый, очень сильный человек и скажем так – уже закаленный спортсмен и хореограф. Ну, а то, что у нас не сложилось станцевать в тот раз… Понимаете, есть много разных обстоятельств, в силу которых то или иное мероприятие может не получиться. Но это ни в коем случае не из-за того, что она – танцор, с которым мне не удобно было танцевать. Это лишь мое сожаление, что у нас не получилось.

Вы делали что-то специально для того, чтобы создать Никитину такой имидж секс-символа?

Я уже повторюсь, что не очень уважаю такие звания, как секс-символ, тем более для мужчины это особенно, наверное, неприемлемо. Мы иногда подшучивали над этим, пытались делать Сашу более – скажем так, смешным и слегка, может быть, таким шалопаем. То есть не совсем такой высокий мачо. Вот мы танцевали под песню Миронова, чтобы сделать немножко абсурдным его, смешным.

Было поразительно, как он успевал и снять драгоценности с Кати и танцевать в музыку…. \

Ну, мы репетировали. Снять можно все, что угодно, главное - хорошо репетировать. Я думаю, что все воры мира сейчас, наверное, меня поймут. Была даже шутка на эту тему, что талантливый хореограф талантлив во всем, с намеком, что я как хорошо учу танцевать, так хорошо учу грабить. Мы шутим, конечно. Главное представить себя в этой роли и отдаться полностью, и должно все получиться.

Заставляли ли Вы делать Никитина какие-то упражнения, он говорил, что похудел на 18-20 килограмм, заставляли ли Вы его дополнительно –качать пресс, например ?

Нет, это не имеет никакого смысла, потому что Саша сразу после наших занятий удаляется на съемки своего сериала «Только любовь», и я не знаю порой - успевает ли он есть полноценно?! Потому что я, допустим, не успеваю, и в принципе, сейчас не так много танцую как обычно, но тем не менее с весом - сложно. Даже не взвешиваюсь, чтобы не расстраиваться. У Саши такая двойная нагрузка – и на съемочной площадке, и у нас в зале, и плюс у него еще есть такая привычка с Катей – танцевать каждый танец по миллиону раз. Ну - миллион, я, конечно, пошутил, но если я скажу, что это минимум сто раз в день – то я не совру.

Будете ли сами танцевать на гала-концерте?

Да, я надеюсь, что вздохну уже с облегчением уже со своей парой, когда закончится соревнование, будет уже такое авто-пати, нечто вроде гала-концерта, я конечно же с удовольствием бы станцевал и с Аленой, и со своим балетом, и с ребятами, конечно же, которые участвовали. Потому что, конечно, хореограф – это очень здорово, но я ещё в душе, конечно, танцор, и мне хочется танцевать.

Такое ощущение, знаете, как у Жени было – вы будет держаться все до последнего, потом, после гала-концерта, все выдохнете, и начнете спать целыми днями, есть целыми днями. Может такое быть?

Знаете, у меня друзья, и Ира… Это мы перед камерами стоим тут, улыбаемся, красиво одеваемся, пытаемся быть веселыми и задорными, но, конечно, сил уже не осталось ни у кого абсолютно. И друзья, когда меня увидели, сказали, что я совсем плохо выгляжу.

И Ира тоже сказала?

Ира сказала: «Я тебе давно говорила!»

Что – заканчивай это дело?

Да, заканчивать, отдыхать срочно, потому что уже просто нет лица, блеска в глазах. Мне вот друг Жора сказал, он сейчас сам болеет, с коленом у него проблемы, он выздоравливает, мы танцуем в одном балете. Он говорит: ты просто тухнешь, мол, надо тебе уже отдыхать! Но, а я говорю: «Ну, вот еще неделя, и будем отдыхать!» Но недолго.

Не надоело Вам? Если будет еще один проект?

           Я думаю, сколько бы этих проектов не было, может быть их больше и не будет, это всегда очень интересно. И ведь я отдаю свои последние силы не потому что я кому-то что-то обещал. Я заинтересован этим, я горю этим, мне сниться это по ночам. И это даже не амбиции, это просто такой вот интерес – творческий. Я получаю безумно массу удовольствия от того, что мы делаем, от того, как мы делаем, когда мы ломаем голову – что делать?! Я от всего этого творческого процесса получаю массу удовольствия. Пускай это тяжело, но, если есть перерыв в полгода, мы готовы снова в бой, и сколько угодно.            

А если нет этого перерыва?

А даже если не будет перерыва, мы воспользуемся любыми подарками судьбы, а я считаю, что эти творческие проекты - реальный шанс самореализоваться и напрячь лишний раз свой мозг…    

Источник: stars.glavred.info